Дэлл 2: Меган  - Вероника Мелан

– Ну, один!

– На обратном пути.

– Опять на обратном пути…

– Или найди себе семечку!

– Семечку, точно… Где же семечки? Так они же еще не созрели!

– Ничего не знаю. Сейчас мне ваши руки нужны пустыми.

С той поляны мы не могли ее вывести. А сидела на корточках возле одного и просила:

– Ну, погладьте других! Только одновременно…

И балдела, когда из дружного мурчания складывался красивый, наполненный любовью музыкальный аккорд.

В обед, который до сих пор казался нам из-за недостатка света утром (кажется, отпрыск Светлой, налюбовавшись нами, принялся неторопливо удаляться), Белинда подстрелила из арбалета кабанчика. Небольшую полосатую свинку с добротного зайца размером. Почему-то безухую.

– Живем, девки…

– Ее можно есть?

– Это же мясо. А любое мясо сейчас нам будет лучше сухого пайка… Давайте за дровами, – и жестко добавила: – Только, чтобы я вас видела.

Не успели мы отойти, как она вспорола добыче брюхо.

Жарился разделанный кабан над синевато-фиолетовым огнем; гулял вдоль путей, лаская травяные поля, теплый ветер. Шелестел кронами близкий лес; деловито занималась Лин – сверялась то с компасом, то с навигатором, разглядывала сфотографированный атлас. После принялась кипятить воду.

– Какой у тебя план? – допытывалась Тами.

– Хороший.

Я капала слюной от запаха шкворчащего мяса. Близкий нормальный обед превратил меня в трясущегося от предвкушения «едомана».

– Ну, какой? Расскажи.

– Отыщем до темноты поезд. Найдем тех, кто его задержал и взял в плен деревенских мужиков, потолкуем по душам. Освободим пленников, загрузим едой, отправим в деревню – тут езды будет, я думаю, на несколько часов. А после попросим машиниста подбросить нас до столицы.

Мы с Тами смотрели на Лин, отвесив челюсти – планы у нее были, кхм, «Дрейковы».

– Звучит «просто», – Тами не сводила взгляда с мяса. Изредка в ее глазах мелькала грусть – ей до сих пор хотелось выкопать «цветокота». Всех, которых она встречала на пути, она обязательно гладила – те искренне радовались. Летали над кружкой с заваркой местные шмели – раза в полтора крупнее обычных. Я боялась к ним даже приближаться.

– Ты одна – против всех разбойников? – я тоже сомневалась в рациональности подобного решения.

Лин крутила прутики с мясом с хитрым и почему-то довольным выражением лица.

– Сколько их может быть – десять, двадцать? Тех тварей всяко было больше…

– Каких тварей?

Она не ответила.

Вместо этого протянула каждой из нас по прутику.

* * *

(Jennifer Thomas feat. Eurielle – Soaring)

Когда-то давно у меня не было денег на продукты. Про шоколад и говорить не приходилось. С тех пор, как ситуация изменилась, я завела привычку каждую трапезу завершать маленьким десертом, например, чаем с трюфелем или маленькой ягодной корзинкой. Смаковала их, наслаждалась, наверстывала все те дни удовольствия, которых была лишена.

Вот и теперь после сытного (но чуть пресного) обеда шла и думала о том, что кусочек сладкого явно улучшил бы настроение. Привычка, что поделать.

– О чем думаешь?

Тами косилась на меня с любопытством. Наверное, желание чего-то несбыточного проступало на моем лице.

– О десерте. Хорошо бы кусочек сладкого.

Мясо – это здорово, странный травяной чай – тоже, но…

– Так это не проблема…

И Тамарис ловко позволила лямке рюкзака соскользнуть.

– Только не говори, что у тебя…

– Ага.

Она улыбалась.

Но все сильнее хмурилась Лин:

– Зараза… – процедила недобро. – Этот шар налюбовался нами и теперь уходит. Нужно поторопиться.

«Восход», который длился несколько часов кряду, начал меркнуть.

Зашуршала обертка от маленькой продолговатой шоколадки.

– Жаль, что у меня одна. Будешь?

Белинда, едва взглянув, покачала головой. Наверное, она умела обходиться без большего, включая самое необходимое. Это мы – неженки.

– Держи.

Мне отломили добрую половину. Вкуснота. Казалось бы, вкус какао и сахара на языке, а внутри и без местного предательского солнца стало гораздо светлее.

– Спасибо.

Мы – маленькая команда. Возможно, идиотская, почти несовместимая, но все равно команда. Тами перекатывала во рту откушенную дольку с удовольствием.

Когда позади послышался странный звук, похожий на гудение быстрых крыльев стрекозы, Лин среагировала первой – молниеносно развернулась, вскинула арбалет и направила его… на маленького, парящего в воздухе, старичка. С изогнутым крючковатым носом, белой бородой, в колпаке и с крыльями.

Гость, увидев направленное на себя оружие, принялся ругаться – зло и смешно. Он издавал быструю и гневную речь, шевелил морщинистым лицом и усами, но более не приближался.

– Фэхри!

Выдохнула пораженная Тамарис.

– Что? – едва промямлила я от удивления.

– Дед Мартан говорил о них… – отозвалась Тами негромко. – Лесной народец, очень редко показывается людям.

– Забавный…

Белинда мою реакцию не разделяла – она была готова нажать на спусковой крючок в любой момент, и я была уверена – не промахнется.

– Подожди…

У старичка подрагивали ноздри. Он переводил взгляд испуганных глаз то на нашего «воина», то на руки Тами. Смотрел на что-то вожделенно, почти болезненно. Принюхивался, снова принюхивался, ругался, но не подлетал.

– Тами, он хочет шоколад… – шепнула я.

– Точно. Хочешь? На, держи… – она отломила дольку и протянула на вытянутой ладони. Я кожей почувствовала, как напряглась Лин со состояния струны. Если старичок решит укусить ладонь, если он…

Белобородый Фэхри не укусил. Он подлетел с такой опаской, будто уже был знаком с людскими стрелами, схватил шоколад, лизнул и так смачно облизнулся, что я хрюкнула. А после он с удивительным проворством и скоростью, жужжа, понесся обратно к лесу. Невиданный, полностью не укладывающийся в мое сознание – летучий мини-человек. В маленьких туфлях, халате с росписью – или лучше сказать «балахоне с поясом».

Только после того, как он скрылся, медленно и через нос выдохнула Белинда. Я какое-то время смотрела на нее – напряженную, внимательную и неподвижную.

– Жалеешь, что пошла с нами? – зачем-то спросила.

И качнулась голова с темными короткими волосами.